bertran01 (bertran01) wrote,
bertran01
bertran01

Карло - честный авантюрист. Театр Эрмитаж. 26.10.12. Премьера

Спектакль катился к своему концу, и радостно воспламененные зрители уже приготовили ладони, дабы сомкнуть их аплодисментами – ах, как жаль, что замечательное палермско-венецианское веселье заканчивается… Правда, завершается оно хорошо и каждая сестра получила по серьгам, и все были рады тому, как выстроилась их судьба..
Но до окончательного финала остается еще несколько минут любования актерами и их героями – они цепочкой прошли по сцене… и еще раз… и еще…



И Гульельмо (чье имя – как звук ручейка), прощально взмахнув рукой, еще раз говорит всем, что он, конечно, авантюрист – но абсолютно честный.
Тихо-тихо начинает сдвигаться бархатный занавес.
И актеры, «истины отведав», через мгновение должны поклоном счастливо склонить свою усталость к ногам нашего восторженного удовлетворения…

…Но была долгая пауза, сменившаяся невнятной беготней…
И известием о смерти.
Умер артист, игравший в пьесе Гольдони главную роль.

Нет, всё в порядке – и Гульельмо, он же Денис Назаренко, вышел вместе со всеми на поклоны.
Просто… мы так часто забываем, что актеры – особенно те, которые актеры Божьей Милостью – это всего лишь люди, такие же… ну, вернее, почти такие же, как мы.
Забывает, и априори отождествляем их с героями.

Тем более, что Гульельмо – этого приятного во внешности и общении «приезжего», до невероятности честного и порядочного – успели полюбить и в Палермо, и в зале Малого Эрмитажа.
Я, например, получила в сердце амурную стрелу сразу: при первом, тихом-тихом (на цыпочках) явлении героя. Окончательно (попробуй вытащи зазубренный наконечник без боли и крови!) стрела воткнулась в тот момент, когда я увидела, каким взглядом отреагировал Гульельмо… извините, актер, который должен был играть Гульельмо на вопрос Гольдони: знает ли он наизусть катехизис…

А дальше первая сцена Гульельмо и донны Авроры… ЗА-МЕ-ЧА-ТЕЛЬ-НА-Я!!!

Вот как они прекрасны – эти самые эрмитажные паузы! Вернее, это я их люблю всей душой – ибо они дают возможность лишние секунды любоваться на моих Любимых Актеров, которые эти самые паузы* держат так… ну, в общем, я ни в одном театре не видела таких прекрасных пауз; там обычно, дабы зритель не заскучал, гонят действий ход быстрей – за эпизодом эпизод.

Но как держит паузу Назаренко! Я бы, наверное, просто начала рыдать от сдерживаемого восторга, если бы не боялась за слёзным туманом пропустить хоть мгновение вот этой потрясающей паузы, когда тело, ладони рук, губы, глаза, брови… всё готовится к готовящемуся СЛОВУ… которое, между прочим, не обязательно будет произнесено.

Второе мое вчерашнее радостное удивление – Маина** Чижевская в роли Элеоноры, невесты Гульельмо. Точнее – в роли юной актрисы, впервые вышедшей на театральную сцену в роли невесту героя.
Господи, как она бездарна!!! И при этом – как она обаятельна!
Первое я написала про героиню пьесы, второе – про них обеих: актрису Эрмитажа и актрису труппы Гольдони.
Это надо видеть – причем опять же неотрывно следить каждую секунду: вот, стоя над упавшим в обморок Гульельмо, она старательно изображает потрясение – там более, что рядом с ней актриса наиопытнейшая (в гольдониевском воплощении это – Донна Ливия, а в эрмитажном быту – превосходная Дарья Белоусова). Потрясается она до того момента, пока из ее очаровательной белокурой головы не выветривается, что она – невеста, четыре месяца не видевшая своего жениха… а он вдруг – в обмороке… Тут следование роли уходит на задний план (а то и вообще за горизонт). Глазки, губки, зубки, кудряшки, ножки… ну, как не любоваться на этакую красоту! Она и сама на себя любуется, благо «зеркал», сколько бы не бил их «ужас, летящий на крыльях ночи» – Граф Портичи/Стас Сухарев, на сцене предостаточно, и не забывает следить: все ли видят эту неземную прелесть. Любуется она, пока СЛУЧАЙНО не бросает взгляд на Донну Ливию… ну, что ж, с лёгким вздохом надо забыть о себе, любимой – и поиграть на сцене.
***
Завидую тем, для кого написание текстов о театре, кино, книгах, интересных событиях – профессия, за которую платят деньги.
Я же вклиниваю мгновения стука пальцами по клавиатуре в мильёны других дел: домашних, рабочих, личных.
Потому – никогда нет у меня времени на то, чтобы написать если не всё, о чм хочется написать, то хотя бы написать ровно и складно…
Рваные кусочки, которыми и сама не особо довольна бываю…
Так что про Назаренко и Чижевскую я написала лишь в легкое касание, а хочется подольше повозиться и сложить паззл – он должен быть изящным!- и из того, что заложил Гольдони в своих героев, и то, что актеры вместе с Михаилом Левитиным из этого вытащили… и придумали сами.

Ну, вот сегодня полностью «за бортом» остаются и отношения Гольдони с Гульермо: кажется, драматург нашел себе «второго, чтоб вытянул петь со мной»… и если бы не нелепая смерть актера… О, Боже, как это печально!

Донна Аврора (Катя Тенета), ее муж Дон Филиберто (Александр Пожаров), Донна Ливия (Дарья Белоусова) – ведь каждый из них достоин хотя бы СЛОВА. Однозначно хвалебного.

А маленький нервный мальчик-паж и исполнении Аллы Черных?

А трио «благородных донов», влюбленных в Донну Ливию! Как они хороши и в сольных выходах (три совершенно разных характера!) и при одновременном нахождении на сцене! Причем если маркиз д'Озимо (Петр Кудряшов) и граф ди-Брано (Сергей Олексяк) – это неприятели Гильельмо скорее по недоразумению, то граф Портичи – злой гений «честного авантюриста» по внутреннему состоянию, усугубленному страстью к обаянию Донны Ливии (и к ее деньгам).

А вице-король, по совместительству гондольер! Как же превосходно, как точно играет эту роль Александр Ливанов!

Так что о всем этом еще неоднократно и просто писать, и анализировать нужно.
А я и буду это делать, ибо такой замечательно красивый, такой позитивный спектакль грех не смотреть раз за разом… ну, как гурманы раз за разом смакуют любимые яства.

«Это возвращение мое к веселью. Мне надоело эта черное, тоскливое время, эта тягомотина бесконечная, споры о том, кто показывает правду жизни лучше. Какая правда жизни?! Есть единственная правда искусства, правда театра, правда юмора, правда веселья, инстинкт жизни. Несмотря ни на что!»
Это говорит Михаил Захарович Левитин.
Говорит очень верно – КАК ВСЕГДА. Он – мудрый человек!

У меня вот сейчас не самая светлая полоса в жизни… Но – правда театра, накрепко связанная с инстинктом жизни, дает возможность не просто выживать, а…
…как там у Левитина (в содружестве с Пушкиным) в другом хорошем спектакле?

Давайте пить и веселиться,
Давайте жизнию играть,
Пусть чернь слепая суетится,
Не нам безумной подражать.
Пусть наша ветреная младость
Потонет в неге и в вине,
Пусть изменяющая радость
Нам улыбнется хоть во сне.
Когда же юность легким дымом
Умчит веселья юных дней,
Тогда у старости отымем
Всё, что отымется у ней.

Всё правильно. Жизнь продолжается. И, несмотря ни на что, она – хорошая штука!

___________________
*После спектакля мы с SeTup немедленно вспомнили самую (на нашем с ним веку) знаменитую эрмитажную паузу. В самом начале спектакля «Под кроватью» на сцену выходил и стоял там Арсений Ковальский. Просто – стоял. Минуту, две… больше. Меня это его стояние приводило в невероятный восторг. Но что творилось в зале… Я как-то написала, что «Под кроватью» - это единственный из виденных мною спектаклей, с которого часть зрителей уходила не в антракте, и даже не во время действия – ДО его начала. Зато оставшиеся в зале, принявшие эту «игру на нервах», смотрели спектакль с восторгом.

** Я не опечаталась в имени актрисы. Она именно Маина. Имя настолько необычное, что оно вполне «прижилось» и в театре Карло Гольдони.
Tags: Михаил Левитин, Эрмитаж, премьера, спектакль
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments