bertran01 (bertran01) wrote,
bertran01
bertran01

Category:

Школа для дураков. Театр ОКОЛО. 14.09.2019.

А я ведь встречалась с Сашей Соколовым. Конечно, не так, чтобы сейчас: «О! Кого я вижу! Сколько зим — сколько лет!».Именно — встречалась. Работала тогда в музее Высоцкого, и мы с парой товарищей ездили, дабы пригласить его на одно из наших мероприятий. У меня уже была книжка-перевертыш с этой самой «Школой», и я почти безуспешно пыталась совместить свой внутренний мир с внутренним миром мальчика... нет, мальчиков — у него же раздвоение личности.
Отказался тогда Соколов от нашего предложения...Ну, а я, конечно, с ним про литературу говорить не стала.
Помню только — зима, маленькая дорожка — съезд с Ленинградки к какому-то пансионату, жаркий номер, странный человек почему-то в длинных резиновых сапогах, на столе кучка жвачек с героями Диснея и исписанные рукой листы. Очень хотелось заглянуть в них и стать первым читателем того, что никто, кроме автора, еще не видел... Постеснялась, не заглянула.



Спектакль ОКОЛО намного добрее и мягче книги Безумие главного героя переработано здесь просто в странность. Причем это странность не безумца, а человека, который умеет помнить — то, что было... то, чего не было... то, что еще только должно произойти... то, чего никогда не произойдет.
Таким свойством памяти обладают только очень талантливые люди, которым, конечно, не суждено быть инженерами или офисными работниками. Это люди, способные создать «из миража, из ничего» волшебный мир, в котором переплетутся «пятая зона, стоимость билета тридцать пять копеек, поезд идет час двадцать, северная ветка, ветка акации или, скажем, сирени, цветет белыми цветами, пахнет креозотом, пылью тамбура, куревом, маячит вдоль полосы отчуждения, вечером на цыпочках возвращается в сад и вслушивается в движение электрических поездов, вздрагивает от шорохов, потом цветы закрываются и спят, уступая настояниям заботливой птицы по имени найтингейл» (с).

У героя спектакля нет раздвоения личности. Он абсолютно един. Он — тот, кто вспоминает и тот, кого вспоминают. Ну, разве что немного раздвинут во времени и пространстве... так это «раздвижение» нормально для любого из нас, кто вот так закроет глаза — да и представит ясно-ясно уже кажущееся позабытым - «колокольню Новодевичьего монастыря, стебель черемухи, излучину Леты, хвост любой поселковой собаки, ночь любви, миражи над горячим асфальтом, ясный полдень в Березове»...
Мы можем не вспомнить имя человека, сделавшего нас когда-то счастливыми (ах, эта плохая память на имена!), но но мы будем говорить с ним так, словно он всё еще жив... а он и будет жив до тех пор, пока мы с ним говорим.
А он, тот, кого давно уже нет, тоже вдруг вспомнит — и надолго замрет рядом с девушкой с белой розой, будет просто стоять и смотреть... а мы в зрительном зале прольем слезы над его молчанием, над неясной улыбкой, над белой розой на недлинном стебле.

Я не часто хожу в ОКОЛО. Хотя и считаю этот театр, и каждого из его актеров... да и вообще каждого, кто здесь работает, настоящим Чудом.
А Чудо — оно же не может случаться каждый день. Это как по утрам на белом единороге до метро ездить. Привыкнешь ведь к нему, как к автобусу.

Чудеса должны случаться редко. Но — без них ведь в жизни никак...
Tags: ОКОЛО, спектакль, театр
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments