bertran01 (bertran01) wrote,
bertran01
bertran01

Categories:

Нюрнберг. РАМТ. 22.06.2018.

Спектакли и фильмы — они бывают для глаз, для сердца и для ума.
То есть — что-то развлекает нас эффектной, яркой картинкой; что-то заставляет сопереживать; после чего-то — беспокойно и бессонно думаешь и думаешь...



РАМТовский «Нюрнберг» - он в первую очередь для ума. Это вовсе не значит, что там отсутствует эффектная картинка для глаз, да и для сопереживания отдельным героям найдутся моменты.
Но — всё-таки для ума.
Потому что даже восторгающий основную массу зрителей НЮрнберг-номер, он ведь не просто веселушка. Ибо судьи в нем голые... а что может сделать голый человек? Только защитить себя. Так и представители славной американской судебной системы, хоть и одеты в костюмы и в мантии — а, по сути, голые: ничего-то они не могут... да и правда: лет через 20... кто и за что их будет судить. Суметь бы защитить тогда себя...
Как вот эти: когда они выносили приговоры, думали ли они, что скоро и сами сядут на скамью подсудимых? Они были, почитай, королями залов судебных заседаний. А оказалось, что королями — голыми.

Вот ещё.
Спектакль заканчивается фразой судьи Хейвуда, который говорит: «Мы — это то, во что мы верим, что защищаем. Даже если защищать это невозможно».

А я еще раньше, на одном из самых сильных моментов — это когда Яннинг дает показания... по сути — исповедуется...
Тут я подумала об арифметической составляющей слова «мы»: это «они» + «я». Очень хорошо приставлять «я», обращая его в «мы» - когда «наши нивы глазом не обшаришь» или «мы за мир, и песню эту...». Это - общая с хорошим другом ("ein guten Freund") песня и общее веселье в День дурака.
Но когда кто-то рядом убивает, ворует, насильничает... то это не «я»: «я» ничего не знал, это всё «они».
Вот потому и заглушаются слова Яннинга и виноватыми, и даже правыми: его «я» - это не наше «я», наше мы от «они» (те, кто делали и те, кто знали) отдельно держим...

Так что получается, что собственная, индивидуальная честность (и ведь это так страшно — не врать, когда все вокруг если не врут, то — не всё договаривают) так и остается твоим личным ужасом.
Может быть, единственный, кто Яннинга понял — это Хейвуд. Понял и... осудил. Не как человек, а как судья.

А впрочем...
Приговор здесь выносится не под стук судейского молотка. Стучат биллиардные шары. И костяшки на счетах..

Так что есть истина?
Все говорят — нет правды на земле, но правды нет и выше...

Зафилософствовалась я зачем-то...
Кажется, даже саму себя запутала этими объяснениями.

А спектакль — отличный. В пятый, что ли, раз я его смотрю. И каждый — с удовольствием.
Tags: РАМТ, спектакль, театр
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments