bertran01 (bertran01) wrote,
bertran01
bertran01

Categories:

Идеальный муж. МХТ. 11.04.14.

Практически полностью попала в зрительско-фанатский поток спектакля. Смотрю ИМ в пятый раз, с нетерпением ожидая дня, когда наличие спектакля в афише совпадает с наличием у меня билета на него. Уже могу немного сочетать глубокое погружение в действие и складывание из эмоциональных кубиков некоего строения, внутри которого можно поселить понимание постановки.

Итак, что-то типа сказки, которую жизнь странным образом превратила в быль.
Жили-были в 1666… ой, в 1999 году (и мне оч.нравится, как быстро дьявольские шестерки оборачиваются скромными девятками)… Значит, жила-была в этом немыслимом году банда братанов-бандюков, ходила на разборки, тусовалась с шалавами в кафе «Аист» на Бронной.
Потом жизнь сделала кульбит, и один из них стал министром резиновых изделий, другой – медийным священником, третий (в удовольствие поработав киллером и убив Кеннеди, Леннона, Версаче и Лору Палмер) теперь поет шансон со сцены в Кремле… ну, а четвертый – тот, что с кликухой Тузенбах, он же Дориан Грей –теперь управляет то ли огромной страной, то ли вообще миром.

Это – середина, второе действие спектакля, точно сочная котлетка зажатая между «хлебушком» действий крайних.
В пятницу спектакль игрался в рамках «Золотой маски», и в этом, масочном варианте, «котлетку» чуть подсушили, попрятав ядовитое и затупив режущее.
Иногда это оправдано.
Ну, например, перед тем эпизодом, где Дориан идет со товарищи кататься на лыжах (там еще чудесные философские разговоры мужчин среднего возраста; почему-то не «про баб», а про зябликов-грешников в аду и  про возможность приравнять певцов к зябликам)… так вот, перед этим на популярный мотив под общий хохот зала звучало «перепёртое»: «Такой Олимпиады, такой Олимпиады давно не помнят здешний места, Просрали все награды»…Когда-то было актуально и неожиданно смешно, сейчас - нет… в последний раз награды уже не «просерали», а «забирали» - что, согласитесь, более верно.

А вот зачем убрали хоровое – «миром управляете Вы», что-то невнятно проблеяв на этом месте и сильно «замяв» текст…
Непонятно.  Как непонятно и то, почему Душа Последнего Русского Интеллигента не замирает теперь наверху страшным распятием, а просто покачивается на лонже… Видимо, понадобилось кому-то сделать красиво – как всегда «делают в Большом театре».
Но смысл-то ушел. Тот смысл, что в самой страшной глубине, а не тот, что поверхностной пылью, от которой получают аллергию к творению Богомолова поверхностные зрители…

Немного жалко, если постановку будут помаленьку причесывать и дальше…
Впрочем, это неважно.
Важнее в постановке именно крайние ее части, где политизированная актуальность отодвигается в сторонку Вечным, а именно – любовью и НЕлюбовью; и обратите внимание, как часто и о том, и о другом говорят в спектакле.

Спектакль этот плетется из нитей разной толщины, окраса и качества…
Но для меня сейчас есть в нем три самые красивые узора.
Это – когда Лорд и Лора начинают танцевать – и в момент этого простенького, какого-то молодежного топтания они вспоминают себя – юных, на катке… и – свой смех и собственную несерьезную злость… и – горячий чай, парок от которого смешивается с горячим дыханием…Всё в этот момент настолько НАСТОЯЩЕЕ, что кажущиеся первостепенными обманки растворяются, и в ничто уходит весь этот «миллион резиновой хрени», и скульптурный фальшак, прикидывающийся оригиналами, и «снег», который на самом деле не снег, а кокаин… Словно начинает расцветать шекспировский «цветок любви, цветок волшебных превращений»… и – еще немного…
Не сбылось. «Любящему отцу» сообщают о гибели «глупого сиротки» Васи-Мейбла… Сцена подана, как некий стёб – на скорости 300 км в час… в Кремлевскую стену… это всё, что осталось… Вот только кровоточащая рана на душе (не на руке!) Лорда в этот миг настолько настоящая… Уходит Лора: такое количество НАСТОЯЩЕГО чувства она не готова принять…

Или – диалог из чеховской «Чайки»… Опять – стёб… но только, услышав про «стоящего снеговика» хохочешь сквозь слезы, которые и не думают останавливаться… А Кравченко/Тернову я бы вообще дала какую-нибудь театральную премию только за то, как светлеет его лицо, когда он вспоминает про бабушку в Ельце, к которой можно уехать на всю зиму… Кому этого мало – пусть добавят крупноплановые слезы и яростно-женское заедание горя сладеньким…

И – разговор Лорда с отцом, в котором каждое слово обоих пропитано взаимными отвращением и ненавистью… в котором филигранность каждого жеста Лорда/Миркурбанова клином входит в бесформенную размазанность Семчева/отца… и вдруг – финальное «ты скажи мне, как мужик мужику», в котором столько ОБЩЕЙ боли, ОБЩИХ любви и сострадания…

Что еще? Впервые заметила, что, если даже в церкви Лорд венчался под своей собачьей кличкой – «Лорд! Ты – ЛОРД!», то после смерти он вернулся к естеству… на ленте его венка написано настоящее имя киллера и звезды шансона – Кондратий...

А еще очень люблю (и даже загадываю на это что-нибудь хорошее), когда Миркурбанов, вышедший на поклоны с наисерьезнейшим лицом, вдруг дарит зал улыбкой… В этот раз улыбка была. В самом-самом конце, краешком… но – была.
Значит, загаданное ХОРОШЕЕ сбудется.
Спасибо, Лорд!
Tags: "Идеальный муж", Игорь Миркурбанов, Константин Богомолов, МХТ, спектакль, театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments