bertran01 (bertran01) wrote,
bertran01
bertran01

Category:

Отелло. Реж. Юрий Бутусов. Сатирикон. 16.10.13. Прогон

Я вообще-то редко пишу связанные, умные и малоэмоциональные тексты. Касательно же «Отелло»… Пока я вообще не представляю себе, что и как можно написать о спектакле, кроме коротких вскриков, в одних из которых будет боль, в других - счастье.
Спектакль длинный, вместо заявленных 3-х часов идет почти 4.
Спектакль еще совершенно «не обмятый» - типа того, что топаешь по нему, как по ровной дороге из желтого кирпича, любуешься возникающими Изумрудными городами…. И вдруг ррррраз – и проваливаешься в бесконечно длинную кроличью нору,  уже даже не восторгаешься и не пугаешься: нора эта на пути не первая и далеко не единственная, так что остается только прихватить со стенки баночку варенья, и падать-падать-падать… пока не выпадешь на новый отрезок желтокирпичной дороги.

Постановку вроде бы надо разглаживать, подгонять под общий знаменатель (насколько это возможно у Бутусова), сокращать… о, Боже, только не это: под сокращение могут попасть сцены совершенно нелогичные, вставные в основное действие… но в то же время удивительно красивые.

Ужасно жалко критиков, которые придут на премьеру: что им писать-то, бедным… Бутусов озвучил касательно своих постановок словосочетание «нелинейный театр». По сути, это театр, который надо воспринимать эмоционально, однако и думанья никто не отменял.
Ну, если с думаньем критики изредка справляются… то собирать, сортировать и выдавать в статьях эмоции нынче не умеет практически никто из театральнокритических профессионалов…

Пока (уж извините, просмотр спектакля был первый; несомненно – не последний) могу рассказать только о каких-то фрагментах… как будто вспышками выхватываемых из памяти.

Пустые огромные коробки, в которых, разбрасывая упаковку, роется Отелло (и внутренний монолог, в котором постоянно меняются громкость, четкость и тональность). . Коробки пусты; и только в одной, последней – игрушечная собачка, размахивающая ушами, и поющая песенку о чем-то счастливом… куплет за куплетом… долго… И также долго сидящий рядом с игрушкой Отелло, который не говорит и даже уже не думает… И в полной тишине – только лишь «кукольные» слова песенки…
Ничего не происходит… долго не происходит – а я почему-то единственный раз за долгий спектакль не смогла сдержать слез.
(Неужели этой «ненужной» сцены – не будет? Какая потеря!)

Шишкин и правда долго собирал для спектакля «разный хлам» - оттого подмостки захламлены больше обычного, и в каждой новой сцене – по-разному.
Объять взором всех этих красных пластмассовых лошадок, кирпичи, старые телевизоры, объедки, огрызки, обломки… практически невозможно, но огромная сценическая помойка отторжения не вызывает… разве что лыжи – лишние… и совершенно непонятно, почему это они здесь «у печки стоят».
Это странное пространство временного казенного жилья и временной жизни (в этом самом жилище – и на земле)… Отсюда – казенные бирочки на вещах, игрушках и цветах. Отсюда – такие же бирочки на пальцах ног трупов…

Музыка… как всегда, неожиданный и прекрасный набор мелодий (мы, фанаты, потом будем их тщательно собирать и выкладывать в сеть).  Танец Херувима в ЮЗ-«Куклах» помните? Вот под эту рваную мелодию идет долгий и прекрасный пантомимический номер памяти Андрея Краско. (Неужели этой «ненужной» сцены – не будет? Какая потеря!)

Или, как материализация мечты о том, чтобы в «Отелло» был не только Шекспир, но и другие стихи – и Денис Суханов читает большой отрывок из «Руслана и Людмилы» (Неужели этой «ненужной» сцены – не будет? Какая потеря!)

Кстати, разговоры о «белом Отелло» - они не до конца верны. Ибо Отелло здесь – то черный, то светлокожий (как и Кассио… как и Дездемона, кстати).
Но знаменитое «я черен» произносится белокожим «мавром».То есть – чернота тут не в цвете кожи, а в… чем? Поступках? Помыслах? Отношениях с другими людьми?

Остатки прежней, несостоявшейся постановки – во вдруг произносящихся именах чеховских персонажей, в цветущем вишневым деревце, в непонятном персонаже Полины Райкиной… не хочу, чтобы она исчезала из спектакля – но пусть ее роль обретет более четкие рамки.

Замечательные повторы – и целых сцен ,и отдельных фраз или слов: «Кассио» - «Платок» - «Кассио» - «Платок» - «Кассио» - «Платок» - «Кассио» - «Платок»… или из Чехова: «Скажи мне что-нибудь, скажи мне что-нибудь, что-нибудь, что-нибудь, что нибудь…».

Чемодан с лепестками роз… игрушечный мурчащий тигрокотенок в ладони Яго… «живая» горячая яичница с перчиком из ручной специемолки…Завернувшаяся в занавес обнаженная Дездемона (да, есть занавес! и не один!), обнаженный Отелло – невероятной красоты сцена…
Неужели всего этого – вроде бы ненужного – может не быть в спектакле? Какая потеря!

Три средних места в первом (по сатириконовски – в третьем) ряду, на которых, в милисантиметре от тебя, перебывают все актеры?..

В общем, я НИ-ЧЕ-ГО не написала конкретного. Ибо как тут написать, если и пережить ЭТО нелегко?..
И снова про театральных критиков: их ведь оставят в недоумении, и они, конечно, начнут ругаться до сквернословия… И останутся во мнении, что то, что они краем глаза увидели и о чем слегка рассказали в своих изданиях – это и есть весь спектакль (молчу уж о нетеатральных людях, который возжелают слегка окультуриться в Сатириконе).…

Но спектакль  – безбрежен.
И потому смотреть его надо не один раз.
Что и будем делать.
Tags: Денис Суханов, Сатирикон, Юрий Бутусов, прогон, спектакль, театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments