bertran01 (bertran01) wrote,
bertran01
bertran01

Мелкие ночные размышлизмы о театральной критике

Вчера среди ночи была разбужена идиотом-приятелем, коему было скучно пить в одиночестве. Очень быстро объяснила человеку, куда ему надо после данного звонка идти… он, кажется, проникся и пошел.
Тем не менее мне сон сбил.
И, чтобы не нервничать, я решила, пока не засну, думать о чем-нибудь хорошем… ну, хотя бы о, по словам Николая Эрдмана, прекрасном финале мейерхольдовского «Леса» с летающими стульями (неожиданное направление мыслей; но, в общем-то, вполне обоснованное).

Но вот КАК ИМЕННО они, эти стулья, летали? Много бы отдала за машину времени, способную повозить меня по театрам первых 30-ти лет прошлого века… Увы, в физическом смысле таковой нет (и не предвидится), но заменить ее вполне можно. Чем? Исследованиями творчества Всеволода Эмильевича, а также критическими статьями о его спектаклях.

Забегая вперед, скажу, что описания этой, стулолетательной сцены я не нашла (не то, что ее нет – просто я ее не обнаружила) – но, черт побери, какая это дикая прЭлесть: среди ночи, за три часа до звонка будильника, который раздастся в предрассветных сумерках, я листала четырехтомник театрального критика Павла Маркова. Листала, уже поняв, что, хотя материалы про «Лес» разбросаны во многих его критических статьях,  полного разбора постановки он не делал… но… Ну, конечно: в три ночи обойтись без информации о том, как в 1925 году игрался, скажем, «Петербург» в МХАТ 2-м… ну, это никааак…

Вспомнила, как какое-то время назад «Наши собеседники» Анатолия Смелянского были моей настольной книгой: по ней я восстанавливала спектакли, ушедшие из жизни буквально за год-два до того, как я успела их посмотреть… Чувствовалось индивидуальное отношение автора к разным постановкам: какие-то он обожал, к каким-то относился весьма критически. Индивидуальное мнение автора было превалирующим… но это не мешало ему смотреть на спектакли именно с точки зрения ПРОФЕССИОНАЛА, а не себялюбца, который, по типу Подсекальникова (тот читал Маркса, и Маркс ему не понравился) смотрел спектакль и ЕМУ просто фффуууу что такое показали.

Опять к Маркову. Далеко не все спектакли ему были по душе. Тот же «Петербург» вызвал раздражение – по крайней мере, со стороны пьесы, ради которой Белый «убил свой роман».
НО! Я опять же говорю о профессионализме и уме критика, который препарирует спектакль, словно умелый хирург, делая разрезы, выворачивая полости, но не забывая вовремя ставить зажимы и прокладывать тампоны, чтобы не было излишнего кровотечения.


Я интересуюсь театральным искусством. И большинство критических статей мимо меня не проходит.
И как же невыносимо редко случается, что разбор постановки (по доброму, но существенно часто – по злому) делается сейчас людьми, которых вроде бы обучили эти разборы писать… им даже красные дипломы иной раз за такое умение вручили… но не научили быть добрыми, доходить во всем до самой сути – не только видеть верхний, видимый всем, слой, но и нырять вглубь…
Зато – дав умение писать, кажется, отобрали умение другое: театры любить…

Если опять вернуться к хирургии, то подавляющее большинство критиков сегодняшнего дня (из коих большинство -  разновозрастные дамы с разновеликими «диффчёноковыми» амбициями) бессистемно размахивают над телом спектакля скальпелями, изредка попадая в нужные места, но в большей степени любуясь на то, как разлетаются вокруг ошметки плоти…
При этом впечатление, что, не сняв окровавлЕнных халатов, эти коновалы хвастаются затем, кто нанес больше увечий… и радуются, если их нельзя залечить.
…нет, ну, честное слово: талантливый критик так же редок сейчас, как и талантливый врач. Общая же масса халтурщиков и от медицины, и от театра столь обширна…в общем, хорошая и умная статья по нашему времени – это уже как случайная ложка МЁДА в бочке критического ДЁГТЯ.

Впрочем, неужели критики думают, что их опусы интересны хоть кому-то? Не-а… Ни-ко-му. Читающей публике совершенно не интересно, что мыслит о спектакле или книге некто, имеющий фамилию, но не имеющий (и никогда не получащий) никакого имени.
Тем более, что обругать что-то может и полукруглый дурак, а вот разобрать увиденное (услышанное, прочитанное) умно, а, главное, интересно… эх, пишущие тётеньки… многие ли из вас на это способны…
Куда там…

Впрочем… о чём это я? Самолюбивым и самовлюбленным критикессам стыдно за свое «творчество» все равно не будет. ОНИ – мелкие и серые – увидели полузакрытым глазами это ТАК… то бишь – ничего не увидели.
Подумать о том, что на свете имеет место быть что-то талантливое, но необычное, выходящее за сферу их личного вкуса… так это ж, извините, думать надо… То есть – уметь и хотеть думать.
Но вложить дополнительные мозги, как и  снять шоры с глаз того, кому нравится быть зашореным… Это невозможно.

Не смелянские. Не марковы…
И никогда к ним даже не приблизятся.
Ибо считают свое место у дальней критической околицы единственным центром мира.

Кстати, Марков, не полюбив мейерхольдовского «Леса», пишет о нем: «Этот вдохновенный и варварский спектакль не только большое театральное событие, но и огромного значения факт жизни. Мимо этого спектакля нельзя пройти молча – он заслуживает подробного изучения своих положительных и отрицательных качеств»…
Ну, и многие ли из нынешних критиков станут подробно изучать?
Проще же – «читал я вашего Маркса… он мне не понравился»…
И всё. Будь тот «Маркс» хоть семи пядей во лбу…

Ааааа… А!
Махнула рукой, пожала плечами, и посмотрела на современное критическое творчество сквозь пальцы…
Ибо тридцать проклятых тетрадрахм, полученных за грязную статью, быстро кончатся…
А вот когда много лет спустя помянут спектакль – многие ли помянут критическую статью?
Только если ради смеха. Или с непреходящим отвращением.
Tags: без меток
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments