bertran01 (bertran01) wrote,
bertran01
bertran01

Чайка. Сатирикон. 14.04.13

Сегодня сатириконовской «Чайке» стукнуло два года.
Возраст для спектакля «подростковый», когда хочется бегать, прыгать, дурить – и одновременно сквозь угловатость и сумасбродство проступают взрослые ум (удивительный!) и красота (потрясающая!).
Но, наученная горьким опытом театра в Марьиной Роще, уже вчера задумалась о прощании со спектаклем: «МТП» были моложе на полгода, а вот – остались лишь воспоминанья… всё прошло…

Попав на спектакль совершенно случайно (не было у меня его в планах… по другим делам в театр приехала… но подумала, что глупо потратить немалое время на дорогу, и сразу развернуться в сторону дома.
Тем более, что вчера судьба подарила места в первом ряду по центру, где, в конце концов, мы все и уселись хорошей театральной компанией.

Спектакль отыграли весело и задорно. Его схема предполагает возможность небольшого количества импровизаций – вот все эти возможности и были «выбраны».
В то же время спектакль был жёсткий и даже жестокий. И, скажем, когда в первых сценах мощного Медведенко/Кузнецова «сборол» тщедушный Треплев – я еще удивилась: как это Костя в своего противника зубами не вцепился?

Собственно говоря, я даже понимаю уходящих со спектакля людей: постановка громкая, нервная, злая и совершенно нестереотипная.
У народа ведь как? Раз «Чехов-Чайка», то белая кофточка, Маша в чёрном, скучная игра в лото, Тригорин с книжкой и повязка на почти зажившей ране. Если это есть в пьесе, то и на сцене должно быть, а главный конфликт сценического произведения заключается в том, «съел» ли бездарный Тригорин талантливого Треплева – или это Треплев от своей бездарности застрелился.
Всё это, в общем, скучно… но зато «как полагается».

«Чайка» Юрия Бутусова (как и стихи Пушкина) дает ответы на все вопросы. Причем ответы не банальные, двухмерно плоские – здесь явно присутствует и четвертое измерение…и даже немыслимое пятое, способное раздвинуть пространство пьесы до «черт знает какого размера».
Здесь ружье висящее, а точнее стоящее у стены стреляет холостыми, зато «из пальца» можно застрелиться вполне по-настоящему.
И потом, после «самоубийства» (по сути – самоустранения) режиссера непрерывной чередой проходят ЧЕТЫРЕ сцены (последняя встреча Нины и Кости), где одними и теми же чеховскими словами совершенно разные по характеру герои говорят о разном…
Те «критики», что утверждают, мол, «это не Чехов» - пусть скажут мне: который из четырех монологов «не чеховский»? И о чем же тогда конкретно Чехов написал, если 4 раза, разное, а – всё не так, ребята?

При однозначной идеальности ВСЕХ актерских работ в спектакле – от главных героев до безмолвных персонажей (Яков и «танцующая девушка») опять выделяю Антона Кузнецова в роли Шамраева.
И опять по той же причине: он – это мы.
Мы все, сидящие в зале и в пятидесятый раз подпитывающие себя мощной энергетикой постановки.
Мы - ради соприкосновения рук (и энергетик), ради мгновения узнавания (тебя) – тащим в театр букеты.
Мы – ожидающие их на служебном входе с анекдотическим предлогом: поделиться мыслью, задать вопрос, получить кривоватый росчерк на программке.
Мы – тратящие время на сайты и социальные группы, посвященные кумирам.
Мы – помнящие, как много лет назад он/она играл/а в забытой всеми постановке…
Мы – уверенные, что без нас они, без сомнения, пропадут: разве они сами понимают, что такое сельское хозяйство… пардон, театр?
Мы, впадающие в отчаянную злость от их невнимания, непонимания. Мы, клянущиеся бросить всё (пусть ищут себе новых управляющих). Мы, снова и снова возвращающиеся к ним…

А как иначе? Вспомните, каким восторгом вспыхнуло лицо Нину, когда Тригорин всего лишь склонился к ней, всего лишь на мгновение коснулся щекой ее лба?..
***

В общем, я и есть Шамраев. Чудной и дурной, но любящий, помнящий и готовый из себя достать печенку… мне не жалко, дорогие, ешьте!..
Да-да, я и обижаюсь, и ухожу, и возвращаюсь…

Вот только стараюсь не слишком приближаться: кто знает, какие монстры проснутся после нашего общения?
Или даже проще: могу ли я быть уверенной, что тот из зазеркалья, кто ласково, мило и сердечно разговаривает со мной по телефону – не делает на лице ВОТ ТАКУЮ мину? Или – не отмахивает себя рукой по горлу?

Я гордая. И не хочу, чтобы меня обошли вниманием, как принципиально обошла вчера кудрявого бамбино поющая Граня…Не хочу выпрашивать секунду внимания, взгляд со сцены и головку розы.
Пусть будет четвертая стена и непересекаемая, как государственная граница, линия рампы.
Хотя, конечно, хочется… хочется ТУДА, в их зазеркалье.
Как и этому полубезумному Шамраеву.
Да, дурному. Но – милому и трогательному до слез.img_02_18_3807
Фото Виктор Дмитриев
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments