bertran01 (bertran01) wrote,
bertran01
bertran01

Чайка, Сатирикон. 24.02.13

Шамраев, помимо букета, подарил вчера Нине Заречной… надувной матрас («ну, озеро же»). Помахивая им, Нина поведала о том, как ей ТЯЖЕЛО уезжать. Я хохотала так, как хохотал Тригорин над премьерой пьесы Кости Треплева: он просто завывал от смеха над всем этим перечислением «людей, львов, орлов, куропаток»… а «рогатые олени» чуть не снесли его со стула.
Вообще – вчерашнюю «Чайку» «зазеленили» так, словно это был «крайний» спектакль сезона. Лидером здесь традиционно был Антон Кузнецов/Шамраев – но и многие другие вольно-невольно старались соответствовать.
Я уже порядком не видела спектакль. И соскучилась.Еще и смотрела его вчера с нетрадиционного для фаната места: большинство из нас группируется если не по центру зала, то слева.
Но, как выяснилось, и «соскучивание», и изменение точки зрения пошли на пользу: то ли вчерашняя «Чайка» и правда была шикарно сыграна… то ли мне это было всё равно – лишь бы радоваться спектаклю… но я смотрела его совершенно без критичного искривления губы (как, увы, смотрела в последнее время «замыленными» глазами).
Лидер в спектакле для меня однозначно – Шамраев, Даже не из-за его импровизаций (хоть это – всегдашняя радость для постоянной фанатеющей публики), а просто… ассоциативно. Но во вчерашнем спектакле ВСЕ были для меня просто солнышками, светлыми, яркими и жаркими – для согревания души и радости сердца.
Вот, скажем, Сергей Бубнов, играющий по сути бессловесного слугу Якова. Вроде бы не больше, чем «подай, принеси, пошел вон» - а ведь в сумасшедшей и прекрасной сцене игры в лото я смотрю чаще всего именно на него: именно его «музыка» кажется мне здесь наиболее изящной.
Да и танцующая девушка (Марина Дровосекова) – тоже персонаж бессловесный (ей даётся речь только в сцене «сдваивания» с Машей, и еще слово «есть!» при первом появлении) – но вот как же без неё? Можно сколько угодно спорить: кто она есть и зачем в спектакле… Мне кажется, что это неважно, это, как и стихотворение Бродского - «ассоциативно» (как сказал Бутусов в Новосибирске). Она, эта девушка, просто так необходима в постановке – с ее венком из роз, словно бы обожженным по краям, с красным аккордеоном, с хрустальными слезинками в мешочке. С её мгновенной реакцией – при этом капельку отстраненной от происходящего… (А пускай она у меня сегодня будет не Музой, а просто Зрителем – всё видящим, всё замечающим, сильно переживающим… да, немного отстраненным, но НАСТОЯЩИМ Зрителем: именно такой и станет оплакивать и смерть Актера, и гибель замысла)…

Одна из моих любимых в спектакле сцен – где соотносятся Гений и публика – во 2-м действии. Вот Нина (Агриппина Стеклова), порядочная чувырла, у которой рот, как защечные мешки бурундука, набит кусками яблока, «обращается» двумя черными Музами в Актрису. Как мгновенно меняется ее лицо, повадки, интонации! Бедный окровавленный Мастер, он же Костя Треплев, мгновенно оказывается на энное число ступенек ниже ее (хотя как просто вернул он ее в практически прежнее состояние: достаточно было содрать и выкинуть и «соболью» накидку, и позолоченный ошейник). Но с Костей она до последнего будет говорить тоном капризной примадонны и обливать его таким презрением, что – «я не буду вам мешать!».
Зато приход Тригорина (Денис Суханов)… о, как меняется лицо Нины, какое обожание, почти подобострастие появляется на нем! А он – какая же досада на его лице от нежданной и совсем нежелательной встречи с простушкой-поклонницей! Но разговорился. И вот уже понесло – в откровенность, в истерику, в желание выплеснуть накопившееся… или всё это – начало, почти еще неосознанное, придумывания «сюжета для небольшого рассказа»?
Вот тут опять интересно смотреть на Нину, ибо все ее реакции – абсолютно верны и узнаваемы. Сначала – свет обожания, готовности просто под ноги своему герою ковриком лечь. Потом – совершенно ошибочное мнение о том, что раз уж разговорился, да еще так откровенно – то поднял ее до своего уровня… но Нина, в отличие от многих фанаток, отнюдь не глупа – потому достаточно лишь одной интонации, одного взгляда, чтобы она притихла…
Но надолго ли? Колесница? Какая тут колесница? Вот оно – творчество изнутри, лови и «радуйся»: тут тебе и болезни, и безумие, и обращение в монстров… И никогда… НИКОГДА детей не будет, ибо ради даже не славы, а ее иллюзии – окровавленные руки со сведенными от боли пальцами, и алые тряпки, словно ошмётки плоти…
Но и тут Нине кажется, что это – только лишь сон, а явь – это мифическая колесница Славы. И восторженная толпа поклонников, ее влекущих.
Это позже будет – и неумение держаться на сцене, и страх за умирающего ребенка, и поездка в Елец третьим классом, и тамошние «образованные купцы» с их любезностями… Нужно практически сойти с ума, и правда в полумонстра превратиться, чтобы продолжать видеть во всем этом армагеддонову колесницу славы.
А слава – это и правда «неси свой крест и веруй»: ради глупого света ее разноцветных лампочек приходится, обдирая пол, тащить за собой тяжесть собственной нелепой и несчастливой жизни… оставляя позади трупы дорогих тебе людей…

...3
Tags: "Чайка", Агриппина Стеклова, Денис Суханов, Сатирикон, спектакль, театр
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments